Вопрос 2. Виды страх и способы работы с ним
Источник youtube.com (рекомендовано для просмотра за пределами г. Норильска):
Источник НГИИ (рекомендовано для просмотра в г. Норильске (локальный трафик):
Сколько бы ни было страхов, однако,в конечном итоге, все его виды сводятся к двум – страху смерти и страху боли. Страх смерти (танатафобия) – обусловлен тем фактом, что жизнь каждого из нас конечна. Страх смерти – естественен и ему подвержены все без исключения, каждый из нас. Более того, полное отсутствие такого страха является одним из видов психических нарушений. При этом чаще всего, страх смерти в более пристальном рассмотрении всё-таки сводится в конечном итоге к ужасу перед болью и страданиям, которые наше воображение связывает с кончиной.
Страх боли имеет три разновидности, которые связаны с физическими, эмоциональными или ментальными страданиями. В основе страха физической боли (алгофобии) лежит естественный инстинкт самосохранения, направленный на то, чтобы не нанести урон здоровью и избежать ситуаций, угрожающих нашей жизни. Но частенько случается так, что эта эмоция выходит из-под контроля и значительно ухудшает качество нашего бытия. Помните замечательное детское стихотворение С. Михалкова «Прививка»:
– На прививку! Первый класс!
– Вы слыхали? Это нас!..
– Я прививки не боюсь:
Если надо – уколюсь!
Ну, подумаешь, укол!
Укололи и – пошёл...
Это только трус боится
На укол идти к врачу.
Лично я при виде шприца
Улыбаюсь и шучу.
Я вхожу один из первых
В медицинский кабинет.
У меня стальные нервы
Или вовсе нервов нет!
Если только кто бы знал бы,
Что билеты на футбол
Я охотно променял бы
На добавочный укол!..
– На прививку! Первый класс!
– Вы слыхали? Это нас!..
Почему я встал у стенки?
У меня... дрожат коленки…
Именно так страх физической боли делает нас слабыми, робкими и заставляет испытывать унижения перед ситуациями или людьми, способными принести нам физические страдания.
Но, как известно, телесные страдания – это ничто по сравнению со страданиями душевными. «Кто не любим, любя, страшнейшую испытывает муку», – писал Данте Алигьери. Этой – эмоциональной боли – мы страшимся едва ли не больше боли физической. В основе страха эмоциональной боли лежит боязнь душевных страданий, которым мы можем подвергнуться, вступая в более или менее близкие отношения с другими людьми.
По сути, страх эмоциональной боли – это страх отношений с людьми. Мы боимся, что нас не примут, не смогут полюбить такими, какие мы есть. Мы боимся, что нас подвергнут осмеянию. Боимся, что выставят на всеобщее поругание то, что мы любим и чем мы дорожим больше всего на свете. Боимся, конечном в итоге, угодить в ситуацию, описанную поэтом: «Грустно… Душевные муки сердце терзают и рвут».
Поэтому мы на всякий случай закрываемся и стараемся держать дистанцию в отношениях.
Третья разновидность страха боли – это страх боли ментальной. Непосредственно не осознаваясь как страх, он обусловлен возможным крушением наших идеалов, надежд и ожиданий, боязнью того, что желания не исполнятся, что успех обойдет нас стороной, и мы сделаемся неудачниками. Поэтому боль на ментальном плане – это результат рассогласованности между тем, чего нам хотелось бы и тем, что мы имеем на самом деле.
Страх – самая тяжелая и гнетущая эмоция, и вероятно, поэтому – самая подавляемая. Мы прекрасно знаем все наши страхи, но делаем вид, что их у нас – нет. Спросите любого человека, в особенности, мужчину, про его страхи, и он не задумываясь, ответит, что он ничего не боится, что никаких страхов у него нет и в помине. Между тем, отрицая страх, мы только усугубляем нашу внутреннюю ситуацию. И как бы мы не притворялись, но если мы плохо переносим холод или боль – то эти признаки подавленного страха, выдадут нас, что называется, с головой. Поэтому первый шаг в работе со страхом – это признание того, что он есть.
Как я уже говорил, в отличие от гнева и печали, которые прорабатываются в ходе выполнения практик выражения эмоций, для страха эта методика не подходит. В нашей программе обучения мы будем использовать два способа работы со страхом.
Первый способ – созерцание страха. Он предназначен для работы с явными страхами – теми, которые мы знаем в лицо.
Этот способ заключается в том, что мы вызываем у себя ощущение донимающего нас страха, даём ему проявиться и созерцаем, постепенно рассеивая его энергию. Рассеивание энергии страха происходит в силу того, что этой в практике мы используем энергию сознания, а не мышления. В ее основе – всё тот же принцип разделения внимания: одну часть внимания мы оставляем в теле, другую – направляем на созерцание нашего страха.
Одна из сложностей этого упражнения – в том, что, как я уже говорил, страх – самая неприятная, тягостная эмоция. Погружаться в нее – занятие, мягко говоря, малоприятное. Но, как говорится, игра стоит свеч. Положительный результат этого упражнения состоит в том, что оно «приводит к разотождествлению, отделению нашего сознания от эмоций, и мы можем спокойно смотреть на них, когда бы и где бы они ни возникли», – пишет Р.В. Жуковец.
Второй способ предназначен для работы со страхами тайными – то есть теми, которые от нас скрыты. Чтобы обнаружить эти, досаждающие нам тайные страхи, мы последовательно задаемся вопросами: «Чего я боюсь? Почему? Когда и в какой ситуации это страх проявился впервые?». Взглянув, что называется в глаза исподволь беспокоящему нас страху, узнав его в лицо, мы продолжаем работать с ним уже на основе первого способа – созерцания и тем самым постепенно избавляемся от его негативного воздействия.
Случается, что наши тайные страхи открываются нам в самых обыденных жизненных ситуациях, как это произошло с героем истории, описанной в 1983 году в «Литературной газете». История такая. В ходе интервью у семикратного чемпиона мира по парашютному спорту журналист задал ему вопрос, сложно ли преодолевать страх высоты. Ответ был парадоксальным. Оказалось, что герой статьи, совершая прыжки с парашютом, боялся не высоты, а земли: «Она рядом. Вот и страшно. Самым неприятным в моей жизни был прыжок с парашютной вышки. Тогда я ходил уже в мастерах спорта. Счет вел за тысячу прыжков. А когда залез на вышку, так, шутки ради, – коленки затряслись. Не могу побороть страх: земля-то рядом. Главное, чтобы была высота» – заключил чемпион.
Иными словами, однажды на парашютной вышке, чемпион неожиданно для себя открыл совершенно очевидную истину – то, что прыгая с парашютом, он испытывает страх. Об этом страхе чемпион, несомненно, знал, но каким-то загадочным образом умудрялся скрывать от самого себя.
Такова природа всех тайных страхов. И встреча с ними – всегда сюрприз.